Молчание ягнят

Прошел год, как Пенза
удивила весь мир. Вы что-нибудь помните? Вряд ли.

Про успехи нашей
областной власти талдычат не меньше, чем про атаки на башни-близнецы. А про
кровавый пензенский сентябрь 2002 года также стыдливо поспешили забыть, как про
другое 11 сентября – чилийское 1973 года.

Год назад международные
правозащитные организации обратились напрямую к президенту Путину и
генпрокурору Устинову по поводу массовой волны насилия в отношении сотрудников
пензенских СМИ. Что им в своих Парижах и Вашингтонах более некого защищать,
скажем, где-нибудь в Африке или Латинской Америке? Оказывается, нет.

Алексей Симонов,
президент Фонда защиты гласности, объяснил пензенским журналистам причину
переполоха: «Такой интенсивности избиения журналистов на одной отдельно взятой
территории в одно отдельно ограниченное время не зафиксировал мониторинг Фонда
защиты гласности за одиннадцать лет, а «Репортеры без границ», насколько я
знаю, работают даже больше одиннадцати лет, и у них это тоже вызвало совершеннейшее
ошеломление».

Координатор авторитетной
международной организации «Репортеры без границ» француз Александр Леви на
пресс-конференции в Пензе действительно не скрывал своего потрясения:

— Я не знал, вы не
обижайтесь, что существует город Пенза. Но «Репортеры без границ» узнали о нем
не потому, что здесь приятный город, не потому, что здесь красивые женщины и
приятные люди. Мы узнали о нем потому, что здесь только за один месяц сентябрь
избили восемь журналистов, один из которых в больнице. Это очень стыдно для вас
и стыдно и для нас.

Но самое большое
потрясение побросавшие свои дела и примчавшиеся в Пензу правозащитники
испытали, когда узнали, что никому из главных чиновников области до этого нет
абсолютно никакого дела. Обманывать своих избирателей, пускать по ветру
бюджетные деньги – это сколько угодно и с большой помпой. Интересно, наберутся
в Желтом доме еще 26 чиновников, которые на меня за эту фразу подадут в суд?
Большинство из тех, кто по указанию строем пришли в суд, уже давно трудятся в
других конторах. Кстати, историю о том, как 26 чиновников по команде обиделись
на редакторов неугодных областной власти газет, преподносили с большой шумихой.
А тут весь сентябрь молотили работников СМИ, и молчок.

Вот такая у нас власть.
Не умеет она прямо и внятно объясняться. Скажем, выступила бы, к примеру,
руководитель городской Думы Светлана Пинишина и сказала: «Так им и надо, они
сами виноваты». Или: «Боже, пусть они все продажные, но ведь они же люди. И
потом, журналистов бить нельзя – они выполняют ответственную социально значимую
работу». Или что-нибудь еще, хоть что-то. Но внятно, и чтоб слышали все вокруг,
по всем каналам.

Нет же. Заговор молчания.
Ни губернатор, ни председатель Заксоба, ни главный федеральный инспектор, ни
облпрокурор, никто из городских начальников. Ни гу-гу.

А кто в этом виноват? Мы
же сами и виноваты. Развратили мы власть, коллеги, своим стремлением угодить
ей. Развратили так, что ежели вдруг хоть слово поперек шерсти, сразу сводят
брови: «Вы должны помогать власти, а вы тут все очерняете». Как-то не так давно
из-за маленькой реплики по поводу одной инициативы, когда я всего-то написал,
что не верю конкретной персоне, что весь ее предыдущий стаж не вызывает у меня
доверия к ее правильным словам, случился переполох. Тут же прилетел в гости
чиновничек от той персонки и спрашивает: «Саш, и зачем ты это написал? Что,
тебе заплатили?» Этих людей повергает в состояние тревоги то, что вдруг
совершенно для них неожиданно заводится человек, готовый вслух сказать: «Не
верю». Вроде бы организовали полную имитацию гражданского контроля за властью,
а тут совершенно невпопад.

Собственно, почему
молчат, понятно. Такие уж у нас избранники. Хоть и избранные, но не
самостоятельные, первым выступить боязно – а вдруг что не в кон ляпну. А может,
действительно, рады, мол, давно пора, но в рот воды набрали, ведь публичная
радость по этому поводу неуместна? Или вообще вся эта кутерьма была заварена с
ее, власти, согласия? Дела не расследованы до сих пор, несмотря на официальное
распоряжение Генпрокуратуры РФ. Значит, каждый вправе выбрать по вкусу любую
версию.

А в то, что не знали или
что в душе не шевельнулось простое человеческое сочувствие, не могу поверить.
Тоже ведь, люди, хоть и начальники. По крайней мере, за минувший год убедился –
многие в той или иной мере как могли, постарались косвенно на события кровавого
сентября отреагировать.

Первым в списке оказалось
областное радио. Поскольку оно государственное и служит рупором власти. Так
вот, павлики морозовы с пензенского «настоящего радио» заявили, что начинать
бороться с терроризмом надо с журналистов. Не как-нибудь вообще, а конкретно с
меня. Меня, Бог миловал, в том сентябре беда обошла стороной. Не исключено, что
благодаря вмешательству «репортеров», после визита которых в Пензу кровавая
цепь событий была разорвана. А пензенскому радио, читай, областной власти, это,
получается, не понравилось. Получается потому, что никто публично не одернул
доносчиков.

Следующим был Василий
Кузьмич. На торжественной летучке в Желтом доме по случаю 300-летия российской
прессы господин губернатор сказал несколько добрых слов. Самым добрым было то,
что по оценке Василия Бочкарева, нашему брату не хватает совести. И ведь прав
на все сто. Уж он-то как никто знает цену нашему брату. Вот мэтр пера Павел
Шишкин в предвыборную пору весны 2002 года написал, что газеты, оппозиционно
настроенные к Василию Кузьмичу, финансируются наркомафией. Никаких громких
уголовных дел в отношении журналистов и наркобаронов засим не последовало.
Значит, это ложь. Сознательная ложь. Но Паша после всего этого харакири себе не
сделал от избытка совести. Значит, совести ему хватает. За что получил от
губернатора в связи с трехсотлетием губернаторскую премию. Это только один
пример, наиболее наглядный.

От законодателей
областного и городского уровня за истекший год никакой даже самой
замаскированной реакции не последовало. Наверно, думают, что мы их и так любим
за те деньги, которые они нам обязаны будут заплатить за свои грядущие
избирательные кампании. Зря думаете, но деньги готовьте, а то избирком вас не
поймет.

Но более всего ожидается
слово прокуратуры. Может, и не били никого? А если и били, то, может, и не за
журналистскую деятельность, как оказалось с убитым сотрудником «МК в Пензе»?
Слово прокурора – сейчас самое важное. А то совсем умрет в Пензе журналистика
как профессия. Недавно был такой разговор с человеком, желающим работать в СМИ.
Принес он интересную информацию в редакцию, но доводить ее до состояния
готовности, такого, чтобы можно было напечатать, отказался. Цитирую: «Я, –
говорит, – за шкуру свою боюсь». «А как же ты, – говорю, – с таким свойством
собираешься работать в газете». «Это мне сейчас надо ее, шкуру, сохранить, а
потом буду работать». Ей Богу, не вру, были свидетели разговора. За сюжет,
кстати, спасибо. Мы его очень быстро доработали, и шкуры целы.

Так вот. Молчание власти
– это тоже заявление своей позиции. В том числе внятный сигнал для таких
«журналистов». Ей нужны писаки, покрытые ценным мехом, за который они боятся.
Боязнь – вот что более всего ценит власть в журналистах.

 

Александр ЯХОНТОВ,

октябрь 2003 года

Больше новостей

16 мая состоялся первый открытый оргкомитет фестиваля «Добрая Пенза». В коворкинге «Клевер» собрались неравнодушные и активные пензенцы, представители общественных организаций,…