Корешкова Валентина Пантелеевна, 1930 г.р.

Валентина Пантелеевна Корешкова, 25 июля 1930, живет в Таганроге

Материалы собрали и обработали:

Васильева Александра Александровна МОУ ДОД Центр детского творчества р.п. Лунино воспитанница творческого объединения  «Мы и наш музей»

Гавриленко  Надежда Николаевна,  педагог МОУ ДОД ЦДТ р.п. Лунино

                                                                         

От автора

Вторая мировая война была тяжелейшим испытанием для всего народа. Миллионы советских людей погибли в боях за Родину, умерли в фашистском плену, погибли в блокадном Ленинграде, гетто Минска и Киева, погибли от голода и тяжкого труда. Эта война прошлась тяжелым катком почти по каждой семье в России. Прошло почти 70 лет, как смолкли последние залпы той далекой жестокой войны. Только забыть об этом невозможно, нельзя! Для меня День Победы всегда будет самым великим праздником. О войне я знаю только из книг и кинофильмов, уже многие из них знаю, и смотрела по — несколько раз, но как, завороженная смотрю и плачу. И всегда думаю о том ужасе, который пережил мой народ, и, наверное, нет в нашей стране семьи, которой не коснулась бы война. Тема войны и детей — самая трагическая. Война обрушилась на детей, так же как и взрослых и бомбами, и голодом, холодом и смертью близких. Смотреть и читать о войне тяжело, горько и больно, но слушать очевидцев войны вдвойне сложнее.

 Каждый год летом я отдыхаю в городе Таганроге у своей  двоюродной бабушки Валентины Пантелеевны, была в музее, на экскурсиях, узнала об оккупации города в годы войны, когда стала рассказывать о впечатлениях своей  бабушке, она заплакала и рассказала мне свою историю войны. Эта история легла в основу моего очерка, цель его  — сохранение воспоминаний живого свидетеля войны. А сохранение предполагает и «передачу опыта  из поколения  в поколение — для этого ты живешь и это твоя задача» М. Ножкин.

Знать и помнить

Гнездо родное сожжено врагами.
Отец в солдатах,
На чужбине мать…
Вам приходилось видеть под ногами
Птенцов, не научившихся летать?
Какие невозможные усилья,
Чтоб жить, им надо делать каждый миг!
Ещё для взлёта не окрепли крылья,
А уж глаза грустят как у больших…
А.Железнова

Моя двоюродная бабушка, Валентина Пантелеевна Корешкова, родилась 25 июля 1930 года в маленькой деревне в Смоленской области. Время было трудное: разруха, нищета, голод. Нечем было кормить скот, не было семян для посева. Семья голодала, не было одежды  и обуви. Начали создавать колхозы, но опыта работы в них не было. Смоленщина была сельскохозяйственной областью. Немного лучше жилось в промышленных  районах. Чтобы выжить, семья, а в ней было уже 4 детей, вынуждена была в 1938 году уехать на юг в город Таганрог на Азовском море, где было много промышленных предприятий: комбайновый, котельный завод и другие. Рабочим платили зарплату, семейным давали жильё. Сначала семья жила в бараке, но чувствовался какой-то просвет, появились деньги — отцу платили зарплату. Климат на юге был более тёплым, не нужно было иметь много зимней одежды. Земля была очень плодородной, и семья на огороде выращивала для себя много овощей и фруктов. Жизнь налаживалась. Старшие дети учились в школе, младшие подрастали, родители работали. И вдруг война…..

«В 1941 году в Таганроге было 188808 человек, 70000 работали в промышленности и на транспорте, было 31 школа, в городе было 300 врачей и 878 учителей. Функционировали культурные учреждения: театр имени Чехова, кинотеатры, клубы, библиотеки, стадионы,  яхт — и аэроклубы, издавалось 9 газет. Были пионерские и комсомольские организации, тысячи молодых людей сдавали нормы “ГТО” и “Ворошиловский стрелок”.  Город был многонациональным, в нём жили русские, украинцы, евреи, греки, армяне, немцы»

 Бабушка рассказывала, что о начале войны горожане узнали из выступления по радио В.М. Молотова. Сотни людей сразу явились в военкоматы с просьбами направить их в армию. «Многие мальчишки, да и девчата чуть постарше тоже побежали, наивные были, но такой был патриотический подъем, что казалось, что вот мы все вместе возьмемся и сразу победим»

Все предприятия, заводы  перешли на военный режим работы.

Немцы наступали  быстро. Уже в сентябре в городе начали эвакуировать оборудование промышленных предприятий, а сами заводы взрывали. Вокруг города рыли противотанковые рвы, город готовился к обороне. Отец  семьи эвакуировался с заводом в город Тбилиси с последним эшелонам, жены, старики и дети остались в городе.

Город немцы не бомбили, утром 17 октября 1941 года после упорных боёв Таганрог был захвачен. Все эти дни, пока шли бои за город, даже те, кто в бога не верил — молились, но видно так было суждено, чтобы немцы вошли в город. В оккупированном  городе осталась бабушка Валя 11 лет, её братья 8 и 15 лет, сестра 6 лет и их мама. С приходом немцев жизнь остановилась на все 680 дней оккупации. Бабушка Валя рассказывала, что по-разному люди восприняли приход немцев. Кто-то боялся, кто-то ненавидел, совсем маленькие ничего не понимали. Всё трудоспособное население от 14 до 65 лет обязано было трудиться на немцев. Был установлен комендантский час, проводились обыски, забирали все ценные вещи, запрещалось даже спускаться к морю. Время перевели на 1 час назад и сделали в городе Берлинское время. Наведывались немцы и в дом, где жила семья моей бабушки Вали, только взять там было нечего — четверо детей, да скромная домашняя утварь. «Страшным известием для нас стало известие о том, что 26 октября 1941 года фашисты собрали свыше 1800 евреев и расстреляли их в окрестностях Таганрога. У мамы среди расстрелянных были знакомые, да и мы никогда не обращали внимания на национальность — играли все вместе, нечего нам было делить, а здесь такое варварство»

Везде висели таблички: “Только для немцев”.  В декабре 1941 года немцы провели свою первую перепись населения: от 188808 человек в городе осталось менее 140000. В городе были открыты немецкие госпитали, дома отдыха, казино, театр, 2 публичных дома. Школы не работали, денег на покупки не было, продавали кое-какие вещи, собирали на полях неубранный урожай, чтобы не умереть от голода.  Собирала его и  одиннадцатилетняя  Валя вместе со своей шестилетней сестренкой и братом.  Голод – это очень страшно, все мысли Вали и младших детей были о еде, даже играть не хотелось, да и страшно очень было. Мать и старший брат работали у немцев. Работали, потому что по-другому было нельзя.  По карточкам получали хлеб: 1кг взрослому и 0,5 кг ребёнку до 14 лет один раз в неделю.

В январе 1943 года проводилась вторая перепись населения: в городе оставалось менее 90000 жителей. Все это время маленькая Валя слышала ни волшебные сказки, а события, которые происходили с горожанами, кого-то расстреляли, кого-то повесили, кто-то умер. Жили в каком-то постоянном страхе.

Весной 1943 года к городу подошли советские войска. Немцы начали массово угонять советских людей в Германию. Угнали старшего брата Сашу, которому было 17 лет. Бабушка Валя вспоминает, как голосила мать, как плакали младшие, и как она сама думала, что дальше будет ее очередь.  Сашу вместе с другими пригнали пешком на станцию Марцево, посадили в теплушки и увезли сначала в Донецк (Сталино), где был центр по угону людей, а затем в Германию, где он работал на заводе до окончания войны и до своего освобождения.

Вторая волна угонов в Германию пришлась на июнь 1943 года. С 11 июня по 20 июня было угнано около 7000 человек, в том числе 4043 ребёнка. Вот и произошло то, самое страшное, чего так боялась юная Валя, было ей 13 лет, а братишке 10 лет — немцы забрали их прямо из дома. Дети и мать плакали, кричали, но немцы не обращали на это никакого внимания. Она вспоминает, что было такое чувство, что они нас не считали за людей, казалось, что они и живыми уже не считали. Детей силой толкали в грузовые машины и везли на железнодорожную станцию, а там сажали в товарные вагоны без окон и туалетов, не давали еды и воды и везли в Донецк.  Была жара, хотелось пить. Ехали больше суток. Детей сопровождали взрослые, но чем они могли помочь? Охраняли эшелон немцы, из вагонов никого не выпускали, стояла ужасная духота и невыносимые запахи. У Валюши была только одна мысль: “Хоть бы не разлучали с братом!” Ночью их высадили в Донецке из вагонов и повезли на грузовых машинах в село Гуляйполе в Запорожье. А в эшелон посадили взрослых и повезли в Германию.

Гуляйполе располагалось в 150 км от Донецка. Не все дети доехали до места. Некоторые умерли в вагоне, других сняли мертвыми с грузовиков. В селе ребят разместили в здании школы, где они только ночевали на разбросанной, на полу соломе. Всем детям раздали подобие одежды. Как только начинало светать, детей выгоняли на работу в поле. Работали до тех пор, пока не начинало темнеть. Охраняли их солдаты, убежать было нельзя. Дети убирали сахарную свёклу, кукурузу, подсолнечник. Кормили очень плохо: баланда и маленький кусочек хлеба, детей не мыли, не одевали, конечно, не лечили. Почти каждый день ребята прощались с кем-то из своих ровесников. Валя считала, что она сейчас в ответе за своего младшего брата. Крепилась, старалась не плакать, отдавала ему лишнюю крошечку. И судьба этих детей была бы уже предрешена, но и среди немцев были добрые и чуткие люди, которым многое было чуждо в фашистской политике. Вот таким человеком и оказался комендант лагеря — немец. «Только благодаря нему мы остались живы»

Фронт приближался к Запорожью, и детей было приказано расстрелять. Дети слышали эти разговоры, обрывки фраз, и казалось, уже ничто не в силах им помочь. Комендант приказал воспитателям спешно раздать детей в семьи местных жителей. Когда пришли фашисты, лагерь оказался пустым, убивать было некого, а расследовать некогда. Что было с комендантом никто  так и не узнал, да и не до того было. Только после войны, во многих семьях, куда вернулись дети, тайно матери молились за «доброго немца, который спас русских детей». Так по счастливой случайности, благодаря этому немцу Валя с братом остались живыми.

После освобождения села от немцев детей небольшими группами стали отправлять по домам. Валя с братом самостоятельно пошли домой. Это был страшный путь длиной в 300 км, продлившийся около месяца. Сколько ужаса испытала Валя в этом пути, каждый день был словно последний: на дорогах, безоружных, их  обстреливали из самолётов немцы. Не всем довелось добраться до дома. Часть пути они ехали на машинах с нашими военными, часть — на платформах  с углём. Наши солдаты, местные жители делились с ребятишками последним куском хлеба, подкармливали, жалели.  Наконец — то в начале декабря 1943 года они оказались дома с мамой и младшей сестрой в освобожденном от немцев Таганроге. Отец оставался в эвакуации, а старший брат был в Германии.

В память об освобождении Таганрога от фашистов в городском парке установлена мемориальная доска. В честь освобождения,  в городе, был дан салют (3ий в истории ВОВ) в 12 залпов из 124 орудий.

После войны бабушка много работала во “вредном”  цехе  на комбайновом заводе родного города, окончила вечернюю школу, была профсоюзным лидером. У неё много наград за ударный труд. Своих детей у неё не было, она воспитала племянницу, а сейчас помогает внучатым племянникам и их деткам. На здоровье жалуется редко, со всеми добра и приветлива, о тех далёких и страшных событиях вспоминать не любит.

17 августа этого года Таганрог отмечал 70-летние освобождения города от немецко-фашистских захватчиков. Нынешние жители помнят, что за годы оккупации из города были вывезены более 27000 человек. Сейчас, спустя 70 лет, в городе их осталось менее 2000.

Казалось бы, война закончилась давно, но пока будут живы свидетели тех дней,  она не закончится  никогда. А когда не станет их? Об этом нельзя забывать всегда и всем только для того, чтобы ужасы войны никогда не повторились. Время уходит – память остается!


Интервью с Валентиной  Пантелеевной Корешковой, записано Васильевой Александрой в июле 2013 года в г. Таганрог

 1) Расскажите о своем детстве, где учились, чем интересовались?

Когда мне было 11 лет, началась война, детство закончилось, учиться больше мне не пришлось.

2) Страшно было при немцах?

Очень страшно. Убить могли ни за что в любой момент. Всё время хотелось, есть, других мыслей не было. Каждый день до нас доходили  рассказы о том, что где-то кого-то расстреляли, кто-то умер. Однажды забрали всех евреев и расстреляли. Среди них были знакомые мамы. И мы никогда с ребятишками не знали, кто русский, кто еврей – играли все вместе.

3) Что вы ели, во что одевались, во что играли?

Одевались мы в какие-то обноски, ели варёные овощи, немного хлеба. Собирали с младшими на полях остатки урожая. Времени на игры, да желания играть, не было.

4) Расскажите, как вас угоняли в Германию?

Летом 1943г.,  накануне освобождения города немцы обезумели. Силой забирали из семей даже детей, забрали и меня с младшим братом. Посадили в эшелон, ехали в грязных вонючих вагонах, без остановок, нас не кормили, не давали воды,  но до Германии мы не доехали. Нас погрузили на грузовики и увезли в село Гуляйполе. Работали на уборке урожая близь Запорожья на немцев. Работали с утра до вечера, Только ночевать приходили в здании школы, где на полу была солома, мы не мылись, убежать было нельзя, немцы охраняли. Мы уже слышали, что нас собираются расстреливать, т.к.  наши наступали, но немецкий комендант приказал раздать нас местным жителям. А когда приехала расстрельная  команда, нас не было.

5) Как возвращались назад?

Мы с братом 300 км до дома добирались самостоятельно (мне было-13, а ему 10 лет): то пешком то на попутных машинах, то на платформах с углём. Нас жалели, подкармливали, помогали. А немцы расстреливали с самолетов.

6) Как сложилась ваша жизнь после войны?

Сразу пошла, работать на завод, окончила вечернюю школу. Была замужем. Своих детей не было, вырастили племянницу..

7) Какая главная награда для вас?

Любовь, внимание и забота родных и близких.

8) Тяжело вспоминать войну?

Очень тяжело! Не люблю, можно было бы забыть, да не забывается…

9) Спасибо Вам за все.

Больше новостей

Пандемия отразилась на нашем образе жизни, работе, проектах. Кто-то поставил на паузу свои инициативы или вовсе от них отказался. Кто-то увидел новые задачи, требующие оперативного решения. Приходи на форум, узнай что важно сегодня.